23:59 

Adios, kid
Название: Доказательство
Автор: Lina
Жанр: Slash, angst, немного romance


- Я люблю тебя!
Данте балансировал на перилах моста - высокая, тонкая фигура, горящие голубые глаза, сияющий ореол растрепанных серебристых волос.
Был солнечный, ветреный день, и братья, подчиняясь неясному, но очень властному, требовательному зову, вырвались прочь из многомиллионного Города.
И сейчас все вокруг: высокое выгоревшее небо, слепящее холодное солнце, пустое шоссе внизу и сумасшедший, дикий, бьющий в лицо ветер – все это принадлежало только им.
Данте смеялся, хохотал, как безумный, и стоял на краю, раскинув руки и запрокинув голову, живое воплощение красоты, юности и свободы. Казалось, он вообще не касался тонкой полоски металла, а парил в воздухе – развевающиеся на ветру волосы, надувшаяся парусом рубашка, яркие солнечные блики на белоснежной коже и неземной свет в глазах. И разносящийся над бездной крик:
- Я люблю тебя!
Данте сделал шаг, затем еще один, легко, без малейших усилий сохраняя равновесие несмотря на ветер.
Верджил следил за ним, затаив дыхание, – младшим полудемоном нельзя было не любоваться. Он наконец-то стал самим собой – вместо скрытного, замкнутого, вечно недовольного всем и ищущего малейшего повода для ссоры подростка перед Верджилом сейчас был настоящий Данте – живой, импульсивный, отчаянный, безрассудный, язвительный, но при этом такой открытый, такой преданный и любящий, что от чистой силы его чувств Верджил казался себе негодяем и подонком. Зачем он столько лет мучил Данте, отрицая очевидное? Зачем отталкивал его, зачем причинял боль, каждый раз оставляя после этого не как брата, не как любимого, но как недостойного, поверженного в бою противника?
Зачем?
Верджил никогда не забудет и никогда не простит себе это. А Данте?
Данте был счастлив уже тем, что старший брат наконец-то целиком и полностью принадлежал ему, и готов был кричать об этом на весь мир. И он кричал, зная, что здесь его никто не услышит, а значит, он не нарушит никаких запретов, значит, он заслужит молчаливое одобрение Верджила, значит, он не получит в упрек укоризненный взгляд мамы, значит…
Значит, сегодня будет еще один ничем не омраченный день их первого (последнего?) лета.
- Я хочу, чтобы ты знал…
- Я знаю, Данте…
- Чтобы ты верил…
- Я верю…
- Что мне сделать?
В глазах мальчишки загорелось знакомое безумие, обычно не предвещавшее ничего хорошего, но Верджил не отреагировал – ну что мог Данте натворить здесь?
- Что мне сделать, чтобы доказать?!
Данте легко подпрыгнул на шесть футов вверх, перекувыркнулся в воздухе и мягко, грациозно приземлился обратно на перила. Лихорадочное возбуждение преобразило младшего полудемона – он казался как никогда реальным, резким, живым, таким завораживающе привлекательным, что Верджил внезапно осознал, что с трудом сдерживает желание. Совершенное, без малейшего изъяна тело, сейчас напряженное, натянутое, как струна, в предвкушении скорой близости – идеально-четкий силуэт на фоне вылинявшего неба, небрежная грация хищника, яркие губы чуть приоткрыты, зовущий взгляд – да Данте же целенаправленно заводит его, даже не осознавая этого?! Или он делает это специально? Кончено, специально, он просто не может еще раз не продемонстрировать внезапно обретенную им над старшим силу!
- Что? – шептал Данте, но Верджил слышал – слова грозовыми раскатами звучали у него в сознании.
- Что? Ну, Верджил, решай!
Вдалеке послышался рев двигателя – на шоссе появилась первая за полчаса машина.
- Что?! Ну, одна маленькая подсказка, Верджил…
А старший полудемон стоял, не в силах сдвинуться с места, охваченный неожиданным страхом разрушить очарование момента.
- Хорошо, тогда я выберу сам!
Безумие выплеснулось через край.
Данте оскалился в дразнящей ухмылке и спрыгнул вниз.
Прямо под колеса грузовика.
Крик водителя. Визг тормозов. Скрип шин. Удар.
Верджил, сам не узнавая себя, грязно выругался.
Нет, сегодня мальчишка получит все ему причитающееся. И даже больше…
Он не хотел никого убивать сегодня, тем более при Данте, но пусть это послужит ему уроком.
Верджилу потребовалось всего пять секунд, чтобы спрыгнуть на шоссе, добраться до остановившегося в нескольких футах от обочины грузовика – водитель все-таки попытался свернуть в сторону и затормозить, вырвать дверку кабины и сломать шею только начавшему приходить в себя дальнобойщику.
И только потом он обернулся и посмотрел туда, куда отлетел Данте.
Младший полудемон уже стоял на ногах и с совершенно ошалелым видом пытался стереть кровь с разбитого лица.
“Ну все!”
Верджил телепортировался и коротко, без замаха отвесил брату сокрушительный удар в челюсть. Голова мальчишки мотнулась назад, но он тут же выпрямился и впился в Верджила нахальными, вызывающе невинными голубыми глазами. Удар, способный убить человека, даже не стер откровенно наглую улыбку с его губ.
“Давай же, чего ты ждешь?”, - говорил его взгляд.
Верджила не нужно было просить дважды.
Он ударил раз, другой, наконец сбил Данте с ног и прижал к пыльному асфальту. Младший полудемон выгнулся, закрыл глаза, крепко, до крови закусил губу и застонал – не от боли, от возбуждения и прокатившейся по телу волны чистого, концентрированного удовольствия.
- Данте, ты идиот! – Верджил знал, что если не выскажет все сейчас, через полминуты будет уже не в состоянии выдать членораздельную речь. – Что я тебе говорил про не светиться?
- Я помню, Вердж… Давай потом… - прохрипел Данте, извиваясь всем телом в попытке еще ближе прижаться к брату.
- Нет, сейчас! Что бы он потом рассказал в полиции? Что сбил человека, а тот встал и пошел? Или ты хочешь, чтобы кто-нибудь сделал анализ твоей крови? Что, Данте? Тебя не волнует, что я убил водителя? Что из-за твоей выходки я убил ЧЕЛОВЕКА?
- Нет…
Сейчас Данте такие мелочи действительно не волновали.
- Ну, давай, Вердж, накажи меня! – Данте неимоверным усилием вывернулся из железной хватки старшего полудемона и попытался оседлать его, но Верджил оказался проворнее, и братья покатились по земле, шипя, рыча, царапаясь отросшими когтями и отвешивая друг другу беспорядочные удары.
Данте ударил брата по лицу, метнулся вперед и нацелился зубами в горло, но промахнулся и получил ответный удар в висок. Вспышка боли, такая слабая и краткая, что на нее не нужно обращать внимание, и лишь удовольствие задерживается чуть дольше, разжигая темную проклятую кровь в венах, и от того еще ожесточеннее, еще непримиримее, еще слаще борьба.
Верджил стальными пальцами вцепился Данте в волосы и изо всех сил ударил его затылком об асфальт. Он не надеялся, что Данте потеряет сознание – такое в последний раз случилось лет семь назад, когда они еще не в полной мере овладели своими демоническими силами, но секундное помутнение – и он получит возможность нанести еще удар, затем еще и еще, и Данте не останется ничего другого, как признать свое поражение.
Для людей – драка насмерть, для них – всего лишь игра. В пятнадцать лет они все еще были детьми, и, как все дети, играли в жестокие игры. Только их игры были смертельными для любого другого живого существа.
Как же хорошо драться, зная, что не можешь причинить вред, как приятно отбросить все условности и запреты и просто дать волю своим инстинктам.
Каково это, с самого детства слышать – не прикасайся, не трогай, сломаешь, разобьешь… убьешь? Каково это, не дотрагиваться ни до кого, не чувствовать близости другого тела, близости чужой души? Холод, и одиночество, и готовность отдать все за право прикоснуться к другому живому существу без боязни убить?
Почему так сильно возбуждает именно это – возможность быть свободным, быть с сильным, с тем, рядом с которым не нужно сдерживаться и оглядываться и можно забыть обо всех ограничениях и отпустить контроль? Почему именно осознание этого приводит в экстаз? Почему это дарит такое ощущение стабильности и защищенности хотя бы от невзгод внешних, если не внутренних? Инстинкт? Выживание? Откуда это? Неужели, это его демоническая природа порождает такое неотвратимое влечение к единственному равному ему существу? Или это просто человеческая боязнь потерять того, кто тебе дорог, и попытка избежать этого путем отказа от каких-либо близких контактов с людьми? Или все вместе?
Данте никогда не дрался с людьми, строго следуя запрету матери, а Верджил не только дрался, но и убивал. До этого лета он почти каждую ночь уходил в Город, чтобы потренироваться и определить предел своих возможностей, и многочисленные турниры по боям без правил давали ему такой шанс. Там никого не интересовало, кто ты и откуда ты; единственное, что было важно, – умение драться. А драться Верджил умел.
И он умел побеждать, не вызывая подозрений.
Драться с людьми было слишком просто – как получать удовлетворение от сражения, когда ни один из соперников не может оказать тебе достойное сопротивление? Такие слабые, медлительные, такие хрупкие, такие жалкие…
Он выходил на арену и убивал, потому что мог.
Люди умирали очень быстро и просто.
Другое дело – они с Данте. Что могло убить их?
Верджил искал предел, но пока даже близко не подошел к нему.
Данте.
Страсть и ярость, так тесно переплетенные, что невозможно отделить одно от другого, мощь, сила и скорость, умение не сдерживаться и ответить ударом на удар. Дух, который невозможно подчинить, и тело, которое невозможно сломать. Зеркальное отражение. Воплощенное совершенство. Достойный противник.
Их всего двое в их персональной биполярной вселенной – два полюса, с фатальной неизбежностью притягивающиеся друг к другу.
И как, познав всю прелесть любви и вражды с ним, можно даже просто смотреть на людей? Ответа на этот вопрос у старшего полудемона не было.
Верджил с трудом оторвался от брата, рывком поднял того на ноги и потащил прочь от дороги, в поле, туда, где трава по пояс, и дурманящий запах диких цветов, и холод земли, и свист ветра, и нещадно палящее солнце над головой.
Они бежали сквозь высокую траву, и Верджил крепко держал руку брата в своей ладони. Запахи, звуки, скорость, ветер на обнаженной коже, прикосновения пальцев – все это сливалось в головокружительный, будоражащий круговорот ощущений, и когда они наконец упали в высокие заросли источающих пьяный, горьковато-терпкий аромат трав, этот круговорот захватил их целиком и унес куда-то далеко, за границы этого мира, исказив окружающую действительность до неузнаваемости.
Больше они не слышали ничего и никого – ни воя полицейских сирен, ни шума моторов, ни голосов людей – их отделила от реальности непроницаемая стена.
Они были уже в другой вселенной.
Вселенной, принадлежащей им двоим.


@темы: Fanfiction

   

Devils' sanctuary

главная